жгучесть

Where it comes from

Происходит от прил. жгучий и гл. жечь, далее из праслав. *žeťi, от которого в числе прочего произошли: ст.-слав. жешти, жегѫ (др.-греч. κατακαίειν), русск. диал. инф. жечи́, жегчи́, укр. жгу, жечи́, жегчи́, жегти́, болг. жега́, жежа́ «жгу», сербохорв. жѐħи, жѐже̑м, др.-чешск. žéci, žehu, польск. żec, żgę, в.-луж. žec, žhu; праслав. *žegǫ из *gegǫ; с др. ступенью вокализма: изга́га. Далее родственно лит. degù, dègti «жечь», латышск. degu, degt «гореть», др.-инд. dáhati «горит, сжигает», авест. dažaiti, алб. djek «сжигаю», аор. dogja, бретонск. devi «сжигать», греч. τέφρᾱ «зола», θεπτανός ̇ ἁπτόμενος (Гесихий), лат. favilla «горячая зола, тлеющие уголья», febris «лихорадка», ср.-ирл. daig «огонь», сюда же лит. dãgas «жар, зной, жатва», dagà «жатва», готск. dags «день». Пытаются также объяснить начало слова в слав. древней ассимиляцией в 2, 3 л. ед. ч. *džedžeši, džedžetь после приставок *vъz-, *jьz-, *orz-, что неудовлетворительно в фонетическом отношении. Бернекер ищет следы стар. слав. d- в чешск. dahnět «тлеть, раскаляться, гореть» (но ср. также dachněti), а также словенск. диал. dę^gnem dę́gniti «испускать лучи». Неудовлетворительно предположение о праформе с начальным g- на основании сравнения с латышск. dzedzīte, dzedziede «пар, невспаханная нива, голое, не покрытое травой место». Латышск. слово произошло из *dedziede вследствие дистантной ассимиляции; ср. русск. уго́р от горе́ть. Менее вероятно также сравнение *žegǫ с др.-инд. jañj- «светить, гореть», jañjanābhavat «пылая», др.-исл. kvekva «зажигать» у Шефтеловица. Использованы данные словаря М. Фасмера. См. Список литературы.